Интервью Владыки Софрония, епископа Кинельского и Безенчукского, в канун годовщины образования Кинельской Епархии и пребывания архиерея на кафедре
Вот уже 2 года как идет процесс разукрупнения епархий, в марте 2012 года из Самарской Епархии были выделены Кинельская и Отрадненская. В июне 2012 года на Кинельскую кафедру был назначен епископ Софроний (Баландин), хорошо известный Самарской губернии. Сегодня, в связи с годовщиной пребывания архиерея на кафедре и собственно существования молодой епархии, Владыка Софроний согласился ответить на наши вопросы.
О себе.
— Ваше Преосвященство, Вы были рукоположены в сан диакона в 19 лет, а в 20 стали священником и настоятелем храма. Это возраст, когда многие люди еще находятся в поиске своего места в жизни, а Вы уже осознали свое призвание. Что повлияло на выбор такого пути?
— Точнее, я в 19 был рукоположен в пресвитеры. А повлияло… Я бы сказал не что, а кто. Люди. Сформировалось это желание не в один день. Мои родители (Николай и Антонина), бабушка (Юлия Алексеевна) были верующими людьми, от них я слышал о Боге и о Церкви. Несколько раз в год мы обязательно посещали храм Казанской иконы Божией Матери г. Тольятти или в селе Ташла. Определенной ступенькой был и такой факт: в детстве я был весьма болезненным ребенком и лечили меня не только лекарствами, но и молились, заказывали сорокоусты, особенно в Троице-Сергиеву Лавру…
С ранних лет я увлекался исторической литературой, а история Государства Российского непосредственно связана с Церковью. Было сознание того, что русские люди воскресенье всегда проводили в храме — ведь не так много уделить Богу 1,5 часа в неделю, поблагодарить, попросить благословения… Появилась необходимость посещать храм. А когда я заканчивал техникум, у нас открылся молитвенный дом, и я начал регулярно бывать на службах, меня заметил о. Герман (архимандрит Герман (Пензин), клирик храма Казанской иконы Божией Матери г. Тольятти); он пригласил меня помогать в алтаре. В то время в храме мужчин почти не было, из молодых — я и нынешний о. Алексий Гладун (настоятель храма Трех Святителей в г. Самаре), мы вместе помогали в алтаре. Так постепенно выкристаллизовывалось желание служить Богу и Церкви. Это был 1991-92 год, когда храмы открывались активно и священнослужителей не хватало, кадровый вопрос стоял очень остро. Меня посвятил в сан диакона Владыка Евсевий, а через полгода епископом Сергием я был рукоположен в пресвитеры.
— Владыка, в 21 год Вы приняли монашеский постриг и назначены духовником Иверского женского монастыря. Не страшно было выбирать на всю жизнь? Как Вам удавалось нести такое непростое послушание? В чем состояли главные трудности и как удавалось их преодолевать?
— Страх – не совсем точное определение, это смесь чувств: страх, трепет, осознание ответственности… Сомнения в собственном решении не было. Было желание, чтобы Господь не оставил, укрепил на пути. Это не было шагом от безвыходности. Да и выбор семейного пути — не менее ответственный шаг, ведь ты решаешь не только за себя на всю жизнь, но и за человека рядом…
Иверский монастырь тогда только формировался, институт монашества на Самарской Земле за 70 лет был утрачен. Монастырь в центре города был диковинкой и не всегда положительно воспринимался даже церковными людьми. Я туда был назначен в период «текучки» кадров, когда за 2 года сменилось множество священников — тяжело было служить: и продолжительность богослужения, и особенности монастырского устава, и многое другое – вот и сменяли священники один другого.
За 2 месяца до моего назначения настоятельницей монастыря поставили игумению Иоанну, и постепенно монашеская жизнь начала налаживаться. Мы учились вместе с ней: у нее не было опыта игуменства, у меня – духовничества. Но Господь иногда авансом дает Свою благодать…
Я посещал и женские монастыри, и мужские; впервые, в 1992 году, побывал в Пюхтице. Помню, как поразили меня порядок, чинность, какой-то неземной дух… Послушание духовника как в мужских, так и в женских, монастырях одинаково трудное. Ведь в монастыре, в отличие от приходского храма, не уйдешь после богослужения: целый день и братья, и сестры идут к тебе со своими вопросами, проблемами, да и миряне, зачастую воспринимая монастырь именно как место, где нужно поговеть, исповедоваться и причаститься, идут к тебе. Но Господь всегда помогал и укреплял Своей благодатью…
— Уже будучи иеромонахом, имея семинарское образование, вы, Владыка, поступили и успешно окончили (со степенью магистра богословия) Кишиневскую духовную академию. Почему Вы решили продолжить образование именно в Кишиневе?
Кишиневская академия самая первая вступила в Болонское соглашение, и по окончании выпускник получает диплом, который признается не только в духовных, но и в светских учреждениях.
— Как сложилось, что Вы стали инициатором и участником обретения мощей святого праведного Александра Чагринского?
— После рукоположения я около года служил в с. Волчанка, от старожилов слышал, что рядом был монастырь и там могила почитаемого батюшки о. Александра. А впоследствии, когда я служил в монастыре, мы с матушкой игуменией начали думать, что для привлечения людей в монастырь должна быть чтимая святыня. Я рассказал, что есть у нас о. Александр Чагринский, праведник. Промыслом Божиим мать игумения в молодости читала «Отечественные подвижники благочестия 19 века» издания Оптиной пустыни (я их тоже перечитал), о. Александру там посвящена целая статья, и мать игумения, прочитавши о Чагринском батюшке, записала его себе в помяник. И когда я сказал, что о. Александр погребен недалеко от Самары, было принято решение и получено благословение архиепископа Самарского и Сызранского Сергия на обретение святых мощей.
— Ваше Преосвященство, позвольте поздравить Вас с 40-летием. С какими чувствами Вы будете встречать свой 40-летний юбилей? И, обозревая свой жизненный путь, с каким прошением или благодарением будете обращаться в этот день к Богу? Как проведете свой 40-летний юбилей?
— Благодарю за поздравление. В детстве день рождения – это радостное событие, ждешь подарков, гостей, с годами наступает просто констатация, что еще один год прошел. 40 лет– это определенный жизненный и духовный опыт.
Жизнь учит быть реалистом, и я никогда не мечтал о нынешнем состоянии. У меня как-то так жизнь складывалась, что в короткие сроки проходило очень много событий. За 3 недели до моего 20-летия меня рукоположили в священники, и я не думал, что через 5 месяцев буду служить в с. Волчанке, через год перейду в Иверский монастырь, через 8, не достигнув еще 30-летия, буду служить в п. Федоровке. Но в то же время так получилось, в 30 лет я был уже настоятелем нескольких храмов: и кладбищенского, и Федоровского, и Свято-Троицкого в г. Тольятти, и впоследствии в с. Кяхта Шигонского района… Мне, как и каждому, всегда интересно, что впереди, но я не хочу приподнимать завесу и рисовать проекции, стараюсь жить по послушанию и доверию Промыслу Божию.
40-летие я встречаю с благодарением Богу и прошением об укреплении на дальнейшем жизненном пути. А проведу юбилей, как и подобает: соборным богослужением.
— Вы родились и выросли, сформировались как христианин на Самарской земле. И вот теперь здесь же Вы совершаете свое архипастырское служение. Близость к родным истокам дает Вам радость и помощь — или, напротив, является неким духовным препятствием?
— Нет, никаких препятствий я не ощущаю. Я немного знаком с регионом, служил в Красноармейском и других районах, т.е. знакома местность, знакомо духовенство. Меня знали уже в сане священника – и восприятие соответствующее.
У меня сложились добрые отношения и с прихожанами, и с отцами — и наши чувства сохранились, когда я стал архиереем. Высокое положение не должно отрывать от народа, нужно быть доступным людям.
— Опыт священника или архипастырей Вы используете сейчас чаще? Есть ли образец архиерея, из ныне живущих или уже умерших?
— Как пчелка – понемножку со всех цветков. Нельзя взять от одного человека все. Сейчас приходится смотреть на опыт архипастырей, потому что иерей – пастырь прихода, а архиерей руководит не только простыми людьми, но и священниками.паства больше. Синодальные отделы, координирующие нашу деятельность по основным направлениям, помогают, структурируют наши действия.
А из образцов… У каждого есть свое. Из ныне здравствующих – митрополит Самарский и Сызранский Сергий, наставник и добрый советчик. А из почивших и прославленных Святою Церковью – Филарет (Дроздов), митрополит Московский – универсальный образец — в духовной жизни – аскет, в общественной — администратор прекрасный, поэт, политик – очень многогранный человек; Филарет (Амфитеатров), митрополит Киевский, и Филарет (Гумилевский), архиепископ Черниговский, — они примерно в одно время жили, три столпа, ныне прославленные церковью. Жили, когда общество находилось в разброде: и масонство, и спиритизм, и вольнодумство. Они многих сохранили от опасных поступков. И, конечно, всеми почитаемый Святитель Николай Чудотворец. Вот те, кому хотелось бы действительно подражать.
Епархия. Первые итоги и планы.
— Вот уже год как Вас назначили на Кинельскую кафедру. Какое впечатление у Вас сложилось за это время от вверенной епархии, приходах? С какими сложностями Вы столкнулись? Удалось ли с ними справиться? Изменилась ли, на Ваш взгляд, жизнь приходов за этот год?
— Епархия замечательная, прежним архипастырем положено много добрых начал, есть куда развиваться и на кого равняться. Хорошее духовенство, много активных, деятельных священнослужителей, которые, надеюсь, принесут много добрых плодов.
Сложности, как и у многих, – материальные трудности, кадровый вопрос, не только со священниками, но и с помощниками священнослужителей, курирующими разные направления по взаимодействию с социальными структурами. Постепенно решаем эти задачи, за год епархия увеличилась по штату, примерно, на треть.
Удалось посетить практически все храмы. В некоторых отдаленных приходах епархии впервые имели возможность помолиться за архиерейским богослужением за последние 80 лет.
— Владыка, как выглядело Ваше знакомство с епархией, первый приезд сюда?
— Сразу по возвращении из Москвы я собрал всех священнослужителей в актовом зале Самарской православной духовной семинарии. А потом первая Литургия здесь, в Кинеле. Возглавил ее митрополит Сергий, он представил меня пастве, светским властям.
— Какие отделы создаются или уже работают в епархии по взаимодействию с различными социальными структурами?
— На сегодняшний день основные отделы в епархии сформированы: это социальный, молодежный, миссионерский, медицинский, образовательный и информационный отделы. Пока рано говорить о каких-то результатах, но работа идет. Активнее других развивается медицинское направление, курируемое о. Антипой (Авдейчевым). Благодаря его стараниям, стал проще доступ священнослужителей в больницы для требоисправления, в некоторых ЦРБ планируется открытие молельных комнат; в перспективе – создание реабилитационного центра для нарко- и алкоголезависимых. Прот. Андрей Федосов занимается образовательным отделом. Его усилиями удалось вывести на хороший уровень преподавание ОПК в школах Красноармейского района. Информацию о работе отделов, координаты руководителей, новости можно прочитать на епархиальном сайте.
— Удалось ли Вам и Вашим сотрудникам, помощникам, за этот год из чисто административного образования создать Епархию как духовное явление? Удалось ли сплотить и объединить пастырей и мирян в новосозданной Епархии?
— Что мерило духовности? Проблема духовности была, есть и будет, и нет пределов для духовного совершенствования. Кто приходит в церковь? Люди из мира. А мир сейчас духовно слаб.
Что было, то и есть: и батюшки, и приходы. Просто часть выделили, потому что в современных условиях одному архиерею невозможно уделить внимание такому количеству приходов.
Когда приезжает архиерей, мы приглашаем священников из окрестных сел, а они приезжают с прихожанами. Происходит общение, знакомятся и батюшки, и прихожане. Но на самом деле, близость священника к прихожанам зависит от конкретного пастыря. Есть открытые к диалогу, есть те, кто ограничивает себя только рамками службы.
— Расскажите о тех добрых пастырях, на кого Вы в первую очередь опираетесь в своих нелегких архипастырских трудах.
— В первую очередь — на благочинных и руководителей отделов. Их назначение происходило не сразу – нужно было время, чтобы познакомиться с конкретными делами людей, которые должны стать проводниками и исполнителями решений сверху. Обращалось внимание на то, как священнослужитель воплощает решения предыдущего архиерейского собора, в каком состоянии его храм, каковы его взаимоотношения с местными органами власти, как с прихожанами себя ведет. И уже после тщательного анализа увиденного, принималось решение о назначении.
— Ваша Епархия в основном включает в себя сельские районы. Все ли порушенные храмы восстановлены, все ли святые родники облагорожены, благоустроены? Есть ли места в Вашей Епархии, которые в народе считаются святыми? Восстановлено ли почитание этих святынь верующими?
Да, на территории Кинельской Епархии есть особо почитаемые места. Это, например, Свято-Никольский источник близ с. Беловка, Святое озеро в с. Съезжее, храм с. Утевка, расписанный Григорием Журавлевым, и др. Это достаточно известные места не только в Самарской области, но и за ее пределами. Конечно, сегодня продолжается восстановление храмов, начатое еще до образования Кинельской Епархии.
— У епархии пока нет монастырей. Будут ли монастыри и где?
— Да будут, будут там, где монастырь имел бы не только удобство для монашеской жизни, но и средства к существованию. Обитель должна сама, трудами своих рук себя обеспечивать.
— Какие у Вас планы на ближайшее время и отдаленную перспективу?
— Воплощать решения Архиерейских Соборов 2011 и 2013 гг.. Это не только требование сверху, а потребность нашего времени.
— Как планируется развивать архиерейское подворье в г. Чапаевске? В связи с чем возникла необходимость в его организации?
— Чапаевск – самый большой город епархии. Сейчас на его территории практически 6 приходов, 8 священнослужителей. Город растет, и наша задача – не упустить молодое поколение. На базе архиерейского подворья планируется создание детского образовательного епархиального центра. Статус же подворья храму было решено придать, чтобы центр находился под непосредственным контролем и вниманием архиерея.
Взаимодействие.
— Как осуществляется связь епархии с сельскими приходами? Как вы оцениваете их состояние в Кинельском районе? О чьей работе вы хотели бы сказать отдельно?
— Средства коммуникации в епархии используются современные, как и у всех, — интернет, телефон, почта, для решения ряда вопросов — посещение и объезд приходов, приглашение священнослужителей в епархию.
Если только о Кинельском районе говорить, то среди хорошо развивающихся можно выделить приходы в Чубовке, Сырейке, Георгиевке, Бузаевке, Алексеевке, Бобровке.
— Как складываются Ваши отношения с Самарской митрополией и лично с митрополитом Самарским и Сызранским Сергием? Какой уровень взаимодействие считаете Вы для себя оптимальным? Какие вопросы решаются при содействии митрополии, и какие целиком находятся в ведении правящего архиерея Кинельской Епархии?
— Епархия юридически и канонически самостоятельная единица, поэтому основной массив вопросов решается правящим архиереем, но поскольку епархия еще молодая, нередко требуется братская помощь и поддержка митрополии и лично митрополита Сергия. К тому же объединение епархий в митрополию предполагает, что вопросы, касающиеся взаимодействия с областными властями, решаются на уровне митрополита.
Мнение
— Что для Вас означают слова Патриарха о том, что епископ должен быть ближе к верующим? Вообще, каким для Вас видится образ епископа?
— Уже в начале нашей беседы я говорил. Нужно быть доступным для народа, чтобы вопросы можно было решить не через множество замов, а каждый верующий мог бы подойти и спросить, получить реальную помощь.
Образ пастыря нам дал Христос в Евангелии: Пастырь добрый душу свою полагает за овцы… Хотелось бы ему подражать. И не только посредством проповедей, но и личным примером…
— Ваше Преосвященство, нередко от нашей светской интеллигенции можно услышать суждение, что начитанность, посещение театров не просто духовно обогащают, но это и есть единственный источник духовности. А что говорит об этом церковная традиция?
— Думаю, что однозначного ответа нет. Конечно, церковь лицедейство осуждала, но сейчас, когда есть выбор, к примеру, между концертом очередного поп-музыканта и хорошей театральной постановкой, спектакль окажется намного духовнее для человека нецерковного.
Разумение должно быть в восприятии и литературы, и театра. Вспомните советские годы, когда ни храмов, ни духовных книг было не найти, и люди, та же интеллигенция, к Богу приходили посредством классических произведений, да и атеистической литературы, в которой хотя бы что-то о вере говорилось, пусть и со знаком «минус».
— Владыка, по сути дела все революции преследуют одну идею — это расшатывание устоев и ниспровержение традиционного миропорядка, национального государства. Как говорил еще Ф.М. Достоевский, либералы сначала начинают выступать против каких-то порядков, а в результате восстают против самой России. Что с этим делать? Что сегодня удерживает страну от пропасти?
— Церковь удерживает. Господь Своей милостью. Церковь на протяжении истории не является только местом обрядов, она – хранитель вечных истин, открытых Господом. А все революции и пр. – результат человеческих страстей. Как в стихире русским святым «Русь Святая, храни веру православную». Не будет Церкви, не будет и России.
— Владыка Софроний, введение в школу основ православной культуры является конечным этапом в светском религиозном образовании? Или планируется в дальнейшем модифицировать этот курс?
— Мне кажется, сейчас рано говорить о конечном этапе. ОПК в школах только-только приобретает официальный характер, выходит за рамки факультатива, да и то, обязателен он лишь для учащихся четвертых классов. В качестве продолжения светского религиозного образования в Самарской области, например, есть опыт создания межвузовской кафедры теологии или факультативных курсов по истории религии для студентов обычных вузов. Думаю, есть куда развиваться.
— Как Вы считаете, есть ли сейчас смысл в строительстве новых сельских храмов? Ведь деревни, села вымирают… Кто к вам придет?
— Смысл есть. Ведь и по статусу по старому, если храм есть – село, если нет – деревня. Перестает умирать со строительством. Священник в храме молится за все село и назидает свою паству.
А кто придет? К нам ходили, ходят и будут ходить. Пусть немного, но Господь сказал: Не бойся, малое стадо!
-Часто ли архиерей сталкивается с конфликтными ситуациями? Как решается вопрос жалоб мирян на священнослужителей? Можно ли говорить об их объективности или это чаще желание свести личные счеты?
— В данных ситуациях архиерей должен исполнять заповедь «Блаженни миротворцы». Неправота бывает обоюдная, даже если не в конкретной конфликтной ситуации, то по отношению к ситуации. Мирим, с любовью.
Вопросы предоставили:
Православная народная газета, г. Самара
Благовест, г. Самара
Междуречье, г. Кинель
Степные известия, с. Б. Глушица
Беседовала руководитель информационного отдела Кинельской Епархии Виктория Балановская
Июнь 2013 г.